Когда спасатели выносят из разрушенного дома живого ребенка, их называют ангелами. Когда видят, что они способны по несколько суток проводить в завалах без еды, сна и чистой одежды, то сравнивают с роботами. Эти парни в синих комбинезонах — кто они на самом деле? Что думают о пострадавших? Им чужд гнев или раздражение? Наконец, каким они видят идеального себя? Размышлениями на эти и другие довольно личные темы поделился спасатель второго класса Хостинского ПСП ЮРПСО МЧС России Иван Рубанов.
Однажды на пляже
— Иван, порой человек не сразу приходит к своему призванию. И у вас была такая ситуация. Расскажите.
— Будучи ребенком, я по телевизору увидел, как авиация МЧС со спасателями на борту отправляется на помощь в разные точки мира. В кадрах мелькали такие уставшие, замученные спасатели, настоящие мужики, и они меня восхищали. Тогда еще первоклассник, я смотрел на все это и думал: «Какая крутая работа! Можно испачкаться, и тебе никто ничего не скажет, потому что ты работаешь в завалах» (улыбается).
А когда пришло время выбирать профессию, взрослые мне стали говорить: «Иди учиться на повара, всегда будешь накормленным!» И после армии я поступил в институт на технолога общественного питания, стал работать по профессии. Однажды летом на море познакомился со спасателями. Один из них — Витя Лопаткин, позже ставший мне близким другом, рассказывал истории из работы. И я понял: вот она та самая детская мечта. Через год я устроился спасателем на пляж, а позже товарищи сообщили, что в одном из подразделений МЧС открыли ставку. И в 2018 году я заступил на службу.
— Какой год оказался для вас самым сложным в моральном плане?
— 2025-й, когда начальника нашего подразделения, как водолазного специалиста, направили возглавлять группировку сил по ликвидации последствий крушения танкеров в Керченском проливе. Для очистки моря и побережья от мазута потребовалось задействовать много людей: и водолазов, и береговых спасателей. Поэтому с декабря 2024 года по февраль 2025-го я остался исполняющим обязанности руководителя. Для меня это стало мощной проверкой. В голове приходилось держать много вещей: вести документацию, отправлять людей в командировки, следить за порядком в подразделении. Это был мой первый подобный опыт. Я многого не знал. Но, как говорится, в бою закалка происходит быстрее.
Как в страшном фильме
— Жизнь и смерть — главные темы, будоражащие людей во все времена. И пожалуй, никто другой не сталкивается с ними в мирное время столь часто, как спасатели. Как менялось ваше отношение к этим темам за годы службы?
— Когда живешь обычной гражданской жизнью и вдруг слышишь, что где-то у реки полиция вчера нашла тело погибшего, ты воспринимаешь это как эпизод из фильма. Все равно смерть для людей является самым шокирующим происшествием. Но когда я только начал по службе сталкиваться со смертями, поначалу был в шоке. Едешь на речку, где все люди отдыхают, купаются и развлекаются, а там неподалеку течением смыло человека, и ты находишь его в русле реки. Вот этот человек. Он лежит перед тобой. Все произошло буквально вчера. Первое время я прокручивал в голове: у него есть семья? а чем он занимался до происшествия? зачем он туда пошел? о чем думал накануне? Иначе говоря, примерял его ситуацию на себя. Потом понял, что нельзя на себя проецировать судьбу пострадавшего. От этого можно сойти с ума.
— Спасателей часто называют ангелами, но ведь далеко не все от вас зависит. Порой удар стихии оказывается сильнее. Приходилось сталкиваться с подобными историями?
— Конечно, бывало так, что за один день мы могли видеть и то и другое. Помню, в июле 2021 года объявили опасность поднятия уровня рек. В тот день нас было трое на смене. К вечеру начался ливень. Первый вызов пришел от людей, сообщивших, что из-за быстро прибывающей воды они не могут выбраться с островка, на котором отдыхали у реки. Мы выдвинулись на помощь, нашли пострадавших. Течение сильное, подойти к ним было невозможно. Мы разговаривали с ними, успокаивали. Вода стала убывать. Спустя минут 15 смогли к ним подобраться по поваленному дереву. Переправили на берег. Все завершилось благополучно.
А когда мы уже собирали свои вещи, к нам люди привезли парнишку. Говорят, мол, у него произошла беда, он вам все объяснит. Парень стоял без обуви, без майки, в одних шортах. Стал рассказывать: он ехал со своей девушкой и ее родственниками в машине по мосту, их было пятеро человек. На минуту он вышел из машины, сделал шаг — и его унесло течением. Он смог выбраться на берег, но когда подошел к мосту, машины там уже не оказалось. Парень решил, что родственники поехали его искать, но дозвониться до них не мог. Молодого человека подхватили на автомобиле проезжающие мимо люди.
Пока парень рассказывал историю, нам поступил еще один серьезный вызов, куда съезжались все спасательные подразделения. Мы паренька успокоили, сказали ему ехать домой и там ждать родственников. И если в течение получаса они не объявятся, то вновь нам позвонить. Уехали на вызов: помогали маломобильным гражданам и пенсионерам, попавшим в неприятности из-за ливня.
Где-то в 12 ночи вновь зазвонил телефон. Уже были подозрения, что машину того парня смыло. Приехали на Мацесту. Уровень реки достигал более шести метров. Начали визуальный поиск, разделились на группы. Нашли первого погибшего. Стали стягиваться спецслужбы: скорая, полиция. Прибыл наш психолог, взял под опеку молодого человека. Тот опознал тело. В это время сотрудник полиции подошел к погибшему, удивленно произнес его фамилию и добавил: «Это же наш сотрудник». Помрачнел, закурил, стал звонить коллегам. Позже был найден искореженный автомобиль, а затем остальные близкие люди того бедного парня.
На чем держится братство
— С какими привычками стоит проститься молодому человеку, который хочет стать спасателем?
— Я заметил, что приходящая на службу молодежь принимают ее за некую игру: относится к задачам легкомысленно, считает, что по-настоящему серьезные вещи сделают за них старшие спасатели. Вот эту привычку — думать, что за тебя будут делать работу — нужно убрать. Когда ставят задачу одному человеку, не надо считать, что тебя это не касается, потому что просили другого. Всегда надо быть в коллективе. На этом держится спасательное братство.
Также стоит оставить привычку искать легкие и быстрые деньги. Бывает, что, поработав пару месяцев и не получив желаемые миллионы, парень начинает задумываться о смене профессии. Здесь работа не про большие зарплаты, тем более на начальных этапах. Но в то же время МЧС дает возможность бесплатно обучиться многим дополнительным специальностям, которые со временем могут дать хороший доход.
Еще стоит проститься с вредными привычками. Наше дело и так несет огромный риск здоровью — физическому и психологическому. Не стоит его еще губить алкоголем и курением.
— А какие черты характера вы приобрели благодаря работе в МЧС?
— Желание помочь усилилось в разы. Работая в ведомстве, в свой выходной ты никогда не сможешь проехать мимо даже самого несерьезного ДТП, пройти мимо провалившейся в яму собаки или кошки, застрявшей на дереве.
Также приобрел психологическую гибкость. В той или иной ситуации во мне мгновенно включается внутренний психолог. Я стал более стрессоустойчивым и ответственным. А вот в юности был беспечным.
«Мы тебя понимаем»
— Один мыслитель говорил, что настоящая философия учит видеть одинаково ясно как розы, так и шипы реальной жизни. А если говорить о спасательном деле, то какие они здесь?
— Нередко бывает, особенно в городской черте, что люди не дают нам спокойно провести спасательные работы. Всем обязательно нужно поглазеть и прокомментировать с упреком, мол, вы действуете неправильно, а лучше было бы сделать так. Это стояние над душой создает дискомфорт. Или некоторые насмотрятся фильмов, где вертолет по щелчку вылетает за пострадавшим, а потом начинают писать нам гневные комментарии, мол, почему спасатели шли пешком с одной водичкой. Вот это шипы нашей работы.
А что касается роз… Смена бывает тяжелой, вызовов много, особенно на популярных туристических тропах, а ты понимаешь, что, скорее всего, это не последний вызов сегодня. И когда во время ЧС находятся мужчины, которые видят, что спасателей немного, и предлагают свою помощь, — вот это неоценимый поступок.
— Без каких качеств невозможно стать спасателем?
— Без уверенности в себе, которая помогает брать ответственность за решения. Без желания не только спасать, но и полноценно участвовать в жизни ведомства. Если говорят, что надо сегодня спустить мотолодку и потренироваться в спасении на воде в летний сезон, не надо говорить, мол, я уже пятьсот раз это делал и больше не хочу. Наша работа не про то, чтобы отсидеть смену с 9 до 9 и уйти домой. Очень приятно, когда несешь пострадавшего, звонишь ребятам, а они в свой выходной приезжают к тебе на помощь.
Без коммуникабельности тоже нельзя. Важно уметь находить контакт с разными категориями людей: руководством, товарищами, пострадавшими и даже с теми пострадавшими, которые ведут себя неадекватно.
— Зачем искать подход к человеку, который настроен враждебно и ведет себя неадекватно?
— Важно донести до него нашу главную задачу: мы здесь, чтобы тебе помочь, и мы тебя понимаем. Надо уметь где-то успокоить, а где-то повысить тон.
— Спасатель должен любить пострадавшего?
— Пострадавшие все разные. Бывают люди с психическими расстройствами. И мы, заранее об этом зная, нормально относимся к их возможным выходкам. А есть люди, которые специально доводят себя до аморального состояния с помощью алкоголя или наркотиков. И когда я вижу, чему этот человек подвергает себя и своих родных, то уже не могу его любить. Но помочь ему все равно обязан.
Город прекрасный, город опасный
— Расскажите о вашем товарище, чей образ жизни, поведение или рассуждения вас восхищают.
— Скажу про нашего начальника Алексеича (улыбается). Это мы его так любя называем. Для остальных он Алексей Алексеевич Солнцев, опытнейший водолаз, который много часов провел под водой, прекрасный судоводитель. После армии пришел в наше подразделение (тогда еще водолазную станцию) работать, с тех пор он здесь. Совершенно не кабинетный человек. Всегда поможет, никогда не откажет в житейских проблемах. Я знаю его восемь лет. Алексеич в командировках ничего не жалеет для спасателей. Если с ним едет группировка, он всегда накроет стол. Пока все о чем-то думают, чем-то заняты, он быстро пойдет и за свои деньги купит все необходимое. У нас двадцать человек в штате. И в течение года всем этим парням на день рождения он дарит какой-нибудь полезный подарок, связанный со спасательным делом: кружку, чайник, одежду для похода. Всегда старается своим ребятам организовать комфорт, чтобы никто не чувствовал себя обделенным.
— Вы живете и работаете в очень живописном крае. Как влияет на вас его богатая природа?
— Про сочинцев говорят, что у нас уже глаз замылился и мы годами не ходим на море. Это неправда. Природа нашего края очень положительно влияет на психоэмоциональное состояние. Я бывал в разных городах, в некоторых жил по несколько месяцев. Помню, только что был в городе, где на улице серость и слякоть, на деревьях нет листвы, а потом в этот же день вышел из самолета в Сочи, а там светит солнце, клумбы в цветах, на море штиль, в нем отражаются солнечные блики. Разница колоссальная!
К тому же для нашей профессии этот город можно назвать большим тренировочным центром: спасение на воде, в городской среде, горах, при затоплении. Я, конечно, могу себя представить в другом городе, но максимум во время командировки (смеется).
— Как считаете, изменилось ли отношение людей к собственной безопасности?
— По моим наблюдениям, после 2020 года серьезных происшествий в городе стало меньше. Возможно, это связано с ковидом, после которого люди стали больше беречь свое здоровье, стали более аккуратными. Сейчас нам гораздо чаще звонят и говорят: «Я собираюсь пойти на такую-то тропу, подскажите, я все правильно делаю?» Думаю, здесь еще сыграла ведомственная пропаганда безопасности, в том числе работа «МЧС Медиа».
— Как настраиваете себя перед сменой? Что мысленно говорите?
— Сделаю, что положено. Каждая смена — как открытие дверцы в Нарнию: никогда не знаешь, где окажешься.
Газета «Спасатель». № 4, 31 января — 6 февраля 2026 года.
Рубрика «Наши люди». Автор — Мария Голетиани
